Корреспондент «Труда» считает, что мало кого из музыкантов встречали такими искренними овациями в Москве
Первый визит в Россию американской певицы и пианистки Тори Амос прошел на сцене «Крокус-Сити-Холла».
Ян Андерсен, основавший Jetro Tull, в свое время решил, что рокер с гитарой — это уже банально, и сделал стержнем звучания своей группы флейту. Тори Амос совершила примерно то же самое, но своим рок-инструментом сделала рояль.
Появившись на сцене, Тори Амос сразу обратила к московской публике несколько глубоких поклонов, и эмоциональный контакт возник тут же. Едва присев за рояль, Амос немедленно, чуть ли не с лету, взяла первый аккорд. Мощно и жестко, с истинно рокерским куражом она притоптывала ножкой, облаченной в стильную позолоченную штанину, что опять же придавало ей сходство с Яном Андерсеном. Сразу стало понятно, что эмоции у девушки, которой в августе исполнилось 47, зашкаливают. Зал взвыл в ответ после первой же композиции. За роялем бушевала буря: сверкала молния, грохотал гром и мелкие капли звуков разбивались о невидимое стекло. Войдя в раж, Тори в одном из пассажей даже стукнула по клавишам кулаком. Впрочем, организаторы не могли предъявить ей претензии за порчу инструмента, поскольку певица побоялась заказывать фортепиано в России и привезла с собой.
На концерте было чему удивиться — не только виртуозности игры и диапазону эмоций, но и трюкачеству пианистки. Сидя вполоборота между роялем и синтезатором, она умудрялась играть на двух инструментах одновременно. Было ясно, что без тщательных тренировок здесь не обошлось.
Тори использует замысловатые размеры и гармонии — классическое образование дает о себе знать, но при этом у нее рок-н-ролльные и даже авангардные приемы игры. Чего стоит номер, когда она левой рукой играет упругий ритм-энд-блюзовый рифф, а правой по-хулигански отстукивает ритм на слабую долю по крышке рояля, используя его как ударный инструмент.
Тембровые возможности синтезатора Тори Амос тоже задействовала нестандартно и при этом бережно, тщательно выверяя красоту сочетаний. На концерте звучали нетипичный для современной эстрады клавесин, электропианино, струнная секция, и они не воспринимались как избыточная красивость, а выполняли важную роль в аранжировке. В кульминационный момент концерта прозвучали лиричная «China» и всеми ожидаемая «Winter». Едва закончился основной сет и пошел «бис», народ с цветами бросился к сцене. Зрителей можно было понять — это был один из лучших московских концертов года.